Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область/интересные люди)

Дата и место рождения

Михаил Ильич Косарев

Михаил Ильич Косарев – человек известный не только в районе. Он ветеран Великой Отечественной войны, кавалер ордена славы 2 и 3 степени, медалей «За отвагу», «За освобождение Праги, «За победу над Германией, ветеран труда Западно-Сибирского управления гражданской авиации. Почти 37 лет проработал он в Усть-Ишимском аэропорту.

Детство и юность

Родился Михаил Ильич 20 декабря 1923 года в глухой таежной деревне Иткамза Вагайского сельского совета. Работать в колхозе начал совсем еще молоденьким – закончил 4 класса школы, а дальше учиться возможности не было. Жил вместе с матерью и нужно было зарабатывать на жизнь, а имелись в семье из обуви только лапти, но это обувь не для трескучих морозов или непролазной грязи, к тому же одежонка не была рассчитана на зиму. До ближайшей семилетки по прямой дороге приходилось добираться восемь километров, а в бездорожье и того дальше.

Детские, юношеские годы

С неполных 12 лет начал познавать, сколь нелегок и сладок кусок хлеба, заработанного в поте лица своего. Рос славный помощник и опора матери Анне Алексеевне. Трудолюбием в нее пошел. На всех работах по двору приходился. Смышленый паренек: осваивал мало-помалу как убрать и заготовить сено, как за лошадьми ходить и управлять простенькой техникой на конной тяге. А в зиму 1940-1941 годов попросили Михаила Косарева побригадирить: мужчины уезжали на лесозаготовки.

В этой роли и посевную отвел – не подкачал молодой бригадир. Незаметно другие крестьянские заботы подоспели. Той памятной весной вода большая поднялась, хлопот прибавилось. Всех, кто мог полено в руках держать, тогда направили на помощь соседям: спасать заготовку бондарного производства.

Суровые сороковые

Готовились полным ходом к сенокосу, когда весть о войне до деревеньки долетела. Его 23-й год считался в допризывниках до осени, тем более, дата его рождения – декабрь. Но кому тогда легче было – уходящим под пули и снаряды или остающимся в глубоком тылу, когда и работать надо за себя и за ушедших на фронт, когда дел невпроворот, а рабочих рук все меньше. Когда женщины с горькой иронией вправе были сказать о себе: «Я и лошадь, я и бык, я и баба и «мужик».

Михаил Косарев передал бригадирство, пахал пары. На отдых оставались короткие ночные часы. А еще хотелось и в клуб сходить. Председатель торопил, обещал дать отдохнуть после жатвы, хотя бы чуток до призыва. Но нужны были люди, чтобы доставлять хлеб на «глубинку» в село Утьма Тевризского района для сдачи государству. По пути и встретился в начале октября 1941-го года с военкоматовской повесткой молодой ездовой. Только и успел собраться да с матерью проститься. Из Усть-Ишима их команду отправили в Омск. А потом в город Черногорск в Хакасию, где по 12 часов в день постигали новобранцы азы военной науки в составе пехотно-лыжного батальона. Выматывались до предела, похудели, поскольку кормили не ахти как (не фронт все-таки). Недоедание и простуда брали свое. Однажды Михаил Косарев потерял сознание и потом 2 месяца лечился в госпитале, набирался сил, после чего был признан «годен к нестроевой службе» и отправлен в г. Канск, в техническую роту авиационной школы – кладовщиком наземного горючего. Думал ли он тогда, что аэродромная служба станет впоследствии главным делом всей его послевоенной жизни, вплоть до ухода на пенсию.

Весной 1942 года его вернули вновь в Хакасию, затем отправили в Красноярскую школу минометчиков. И только в августе 1943-го года М.И. Косарев попадает на фронт, под г. Харьков, в батарею минометчиков 15-ой гвардейской дивизии 50-го гвардейского стрелкового полка 2-го дивизиона 76 мм пушек. В этом полку Михаил Ильич воевал до конца войны. В 1943 году, после курсантской школы, когда одели военную форму – не узнали друг друга – все были будто заморыши. Шинели тогда не давали, кавалерийские куртки, которые были очень короткими, совсем не грели. В землянках, особенно зимой, сильно мерзли, т.к. плохо отапливались – на 40 кв. метров землянки всего стояли две печурки.

«Поначалу боялись всего – снаряд с гулом летит, а мы все в рассыпную» - говорит Михаил Ильич. Между боями любили поговорить, основная была, конечно, тема о доме, о семье. Кормили тоже по-разному, особенно, когда наступали, кухня часто попадала под обстрел или часть уходила вперед. В основном давали перловку – «шрапнель» или суп, поэтому сами часто старались добыть еду – один раз даже верблюда съели. А в Польше и в Германии сами брали продукты у местных жителей. Немцы запугали своих гражданских – говорили о русских, что они рогатые, страшные как звери, заходят в дома и всех убивают.

Армия наша называлась ударной – вспоминает фронтовик, и ее постоянно перебрасывали с одного места в другое. Минометы по 260 кг - на лошадиной тяге. Обычно располагали 6 минометов, между ними 30 м, орудия закапывали, да еще траншеи друг к другу копали метров по 15, метр глубиной, да еще окоп для себя. За всю войну земли перебросал немало. Бывало только окопаемся, сразу же команда «Вперед». Иногда рыли землянки на 6 человек, но крыть было нечем, чаще всего крышками от ящиков для снарядов. Часто бывали случаи, когда мокрые сутками ходили, деревни разбитые, отдохнуть негде, да и смены белья не было.

На переформировании приводили себя в порядок: стриглись, мылись, чинили одежду и сапоги, выводили вшей. К концу войны обносились, в заплатках ходили все. Путь был довольно трудный: Кишинев – Яссы. Затем Польша – Сандомирское направление – стояли там вплоть до 12 января 1945 года. Затем пошли в наступление, через Польшу вышли в Германию (г. Дрезден). После Германии была Чехословакия, освобождали Прагу. Здесь и переодели в новую хлопчатобумажную форму.

Михаил Ильич вспоминал, что наше оружие – минометы и карабины, а потом автоматы, были очень хорошие. Очень хвалили также наши танки Т-34, а вот КВ себя не оправдали. Пытались использовать немцы наши трофейные минометы, но не могли – у нас 120 мм, а у них – 119 мм. Однажды разорвался его миномет – убило заряжающего, многих ранило, а он жив и невредим. Бог помог, не было ранений у Михаила Ильича за всю войну. В 1943 не хватало оружия и боеприпасов, а в 1944-1945 г. никаких ограничений в оружии не было, по 100 шт. мин на ствол давали для артподготовки, а потом и по 40 шт. на оду цель.

Трудно солдату на войне, друзья погибали, страшно было оставлять погибших друзей, не похоронив, т.к. все время вперед идти нужно было. Взаимоотношения были хорошие, с командиром взвода повезло, а вот комбата Михайлова не любили, т.к. после боев хотелось отдохнуть, а он заставлял учить матчасть или ходить строем. Часто ветеран смотрел фильм «Батальоны просят огня» и говорил, что как будто про нас этот фильм.

Считал Михаил Ильич, что воевал как все, но награждали часто: за участие в форсировании Днепра получил младший сержант Косарев первую боевую награду – медаль «За отвагу». О фронтовых путях – дорогах Михаила Ильича говорят названия: 15-я Харьковско-Пражская дивизия, пятидесятый Ченстаховский полк. А как воевали! Гвардейская, краснознаменная, орденоносный! В перерыве между боями вручили Косареву партбилет. А после форсирования Одера и Нейсе отмечен двумя орденами Славы. Михаил Ильич делился своими воспоминаниями: «Здесь оказались в такой ситуации: с несколькими легкими пушками переправились, не успели закрепиться, а немцы пошли в атаку, а боеприпасов почти нет. Хорошо, что успели нас поддержать огнем с другого берега.» Ярко сохранились в цепкой памяти фронтовика майские дни 1945 года. «Вошли в Дрезден. Белые флаги, белые тряпки в окнах, на домах. И колонны солдат. Вдруг два истребителя на бреющем полете. Начни они палить, сколько солдат полегло бы. Но почему-то ни одного выстрела не прозвучало. К ночи поставили часовых, остальные ушли отдыхать. Вдруг такая стрельба началась! Командир побежал узнавать, в чем дело. Выстроили нас. Ждем. И вдруг объявляют: войне конец! Но не для нашей дивизии. Нас перебросили в Чехословакию для освобождения Праги. И было это 9 мая 1945 года.

В заботах мирного труда

Демобилизацию начали с 1915 – 21 призывных возрастов. А Михаила Ильича командир полка задержал – нужно было сделать сцену и танцплощадку для местного населения и советских солдат. Демобилизовался же гвардии младший сержант только в ноябре 1946 года. Долгой была дорога в родные места. От Омска, где ехали на попутке, где пешком шагали. Сердце рвалось домой. Последние километры до своей деревеньки одолел на лошади с редактором «районки». Был конец декабря. Женщины смотрели на прибывшего солдата и понять не могут – 5 с лишним лет не виделись. Мать к сестре в это время переехала в райцентр. Только через несколько дней встретился с ними Михаил.

После войны, немного отдохнув, начал искать работу. Нелегкое это было дело – ни образования, ни профессии. 1-го марта 1946 года пришел на работу в Усть-Ишимский аэропорт, когда это предприятие переживало период становления. И как признался Михаил Ильич, привел его сюда случай. Голодно было и жена начальника радиостанции приходила к Косаревым покупать картошку. Она поинтересовалась о планах на будущее. От нее узнал, что аэропорту нужен ученик-моторист. Оклад – 210 рублей, а потом в 2 раза больше. Это была специальность по тем временам, обещавшая, что работа будет интересной и основательной.

Так оно и получилось. Через 3 месяца стал ученик специалистом – мотористом, занимался заправкой самолетов. В основном в 50-х – 60-х это был АН-2. Потом учился на курсах Новосибирского УТО (учебно-тренировочного отряда) и стал авиатехником по обслуживанию самолетов. И были в его жизни ПО-2, ЯК-12, АН-24, которые он учился обслуживать, совершенствуя профессиональное мастерство, повышая образовательный уровень. А потом назначили авиатехником-бригадиром. Забот прибавилось заметно, теперь он отвечал не только за себя, но и за других, за надежность целой службы на предприятии.

И, оглядываясь на десятилетия, можно с гордостью признаться, что десятки тысяч самолетов, выпущенных им в рейсы, обслужены качественно, надежно, без замечаний. И только раз по стечению обстоятельств испытал Косарев чувство неловкости, что ли, за свою службу вернее за одного из работников.

Нет, не надеялся Михаил Ильич на удачу в своем деле. Надеялся на свой опыт, свои знания, на тех, кто рядом с ним работал, делая общее дело. А чтобы надеяться, надо было учиться самому и учить других. Помнит, как в 1956 году учился на авиатехника на курсах, чтобы обслуживать самолеты АН-2, ЯК-12. Тогда аэродинамику преподавали для техников как для пилотов. Вся доска в формулах, как в них разобраться, когда за спиной всего четыре класса? Понял тогда, что надо учиться, и после работы торопился в вечернюю школу на занятия. Шел тогда авиатехнику четвертый десяток. Горьковато было от этой поздней учебы. А учиться надо было, чтобы иметь право учить, наставлять других, тек, кто решил осваивать специальность авиатехника. Не всегда у наставника была вера в своих учеников, в их верность избранному делу, так как задерживался редко кто. Больше десяти авиатехников под его началом осваивали азы обслуживания самолетов, но большинство их уходило из аэропорта, не прикипев к делу, к коллективу.

Но стал старшим диспетчером А. И. Лауэр, Работали рядом Д. А. Клищенко, В. Н, Зонов, после училища успешно трудился А. А. Крышталев. Кстати, и он, имея среднее специальное образование, признается, что многому ему пришлось учиться у Михаила Ильича. От авиатехников зависит надежность полетов. И важно научить не только тому, как запустить двигатель, как обслуживать самолет после полета, но и научить делать все предельно добросовестно, ответственно, с гарантией надежности, качества. От этого зависит жизнь тех, кто летит.

Работать авиатехникам приходится а разных условиях. Когда осваивался Север, помнит Михаил Ильич, что по 8 — 10 бортов набиралось в аэропорту, и надо было успеть их обслужить надежно. И был тогда механический обогреватель, который надо было сначала «раскочегарить», завести движок, топку зажечь. Это теперь просто — электричество. И то, сломается обогреватель, бросили его, должен делать? Бригадир? А кто-то на готовенькое придет? Поэтому требовал бригадир, чтобы каждый делал то, что от него зависит, делал на совесть.

Михаилу Ильичу Косареву присвоено звание ветерана труда Западно-Сибирского управления гражданской авиации. Это высокая оценка безупречной трудовой деятельности, и активного участия в общественной жизни, заинтересованности в делах коллектива. Бывший секретарь партийной организации аэропорта А. П. Бобров, говоря о ветеране труда, отметил: - Если бы все так относились к делу, к поручениям, как относился в свое время М.И. Косарев, то давно бы везде и во всем порядок был. Требовательный, принципиальный, добросовестный во всем. Не один год Михаил Ильич избирался председателем профкома, несколько лет возглавлял партийную организацию. И последние самолёты обслуживал старший авиатехник-бригадир М.И. Косарев. Его движения у самолетов были неторопливы, чувствовался в них возраст.

Трудовой путь Михаила Ильича определил выбор профессии, который сделал сын Василий. По окончании училища гражданской авиации стал работать в Тобольском аэропорту, и сноха Татьяна закончила это училище заочно. Так что продолжается дело отца. Эстафета в надежных руках. Дочь Галина более 30 лет проработала в Усть-Ишимской школе учителем математики. Сейчас на заслуженном отдыхе.

Были и огорчения. Глядя на взлетно-посадочную полосу аэропорта, по которой давно уже не взлетают самолеты, сердце у ветерана сжималось от боли – такое предприятие разрушено, не действует. Сколько же сил, времени было потрачено на развитие аэропорта, да и всего района, который сегодня выглядит не лучше, чем Усть-Ишимский аэропорт. А как верили, надеялись после войны на то, что у района большое будущее. Умер Михаил Ильич в сентябре 2008года на 85 году жизни. Вечная память ему.

Областной проект Жемчужины Омской области

Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область)

Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область/история)

Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область/природа)

Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область/культура)

Усть-Ишим, село (Усть-Ишимский район, Омская область/село сегодня)